Марк Маркович Сегаль

Марк Маркович Сегаль – человек удивительный. Он из тех редких людей, которые своим бесстрашием, порядочностью, умом, делом и чувством юмора меняют мир. Марку Сегалю сегодня 94 года, но он, вне всякого сомнения, даст фору молодым.
Во время войны Марк Сегаль был командиром артиллерийской батареи. Награждён пятью орденами: Орденом Красной Звезды, двумя Орденами Отечественной войны I-ой степени и двумя Орденами Отечественной войны II-ой степени. Имеет 20 правительственных медалей, в том числе две международных от правительств Монголии и Чехословакии.
Шестьдесят лет Марк Маркович преподавал в РГПУ им. А.И. Герцена. Он автор целого ряда оригинальных научных и научно-методических работ, один из создателей первого в нашей стране учебника английского языка с аудиоподдержкой. Созданная им Лаборатория устной речи уникальна, с ее помощью обучение иностранным языкам становится более эффективным.

– Марк Маркович, обо всей вашей жизни можно снимать фильм. Однако, возможно, в ней есть особый период, который оказал сильное влияние на вас?

– Самое яркое, что было в моей жизни, то, что отложилось в памяти, это, конечно, война. Война для меня началась буквально с первых часов. В июне 1941 года я уже служил в армии, на Украине, был младшим политруком. Наша часть называлась ВНОС — выявление, воздушное наблюдение, оповещение, связь. Мы вели наблюдение за «воздухом» и докладывали начальству о том, в каком направлении, количестве летят самолеты. Стояли мы недалеко от границы с Румынией – союзником Германии.
22 июня – мой день рождения. Я сидел на скамеечке с очаровательной девушкой, говорили о жизни, книгах, строили планы. Вдруг около пяти часов утра над головой – гул. Над нами – низко-низко самолеты с крестами. Война. Я бросился в свою часть.
В том, что война будет, я не сомневался. И не только я. За месяц до вторжения у меня на руках был официальный документ о том, что война неизбежна. Мы только не знали точную дату. Так что шока по этому поводу не было. Удивило другое: несмотря на то, что у нас было больше боевой техники, технических возможностей, оружия, мы терпели поражение за поражением. И только потом уже появилось серьезное сопротивление. Мы научились воевать.

– Вам было страшно?
– Конечно. Особенно, когда мы были в окружении, надо было из него выходить, и мы лицом к лицу встречались с немцами. Через каждые десять-двадцать метров шли наши солдаты, переодетые в гражданскую одежду. Мы на одном берегу, немцы на другом. Встретились на мосту. Вот где страшно было. Немец увидел меня и радостно так спрашивает: «Desertieren?». Прошло время, и ситуация изменилась, теперь мы наступали.
Если говорить о мужестве, о бесстрашии, то уроки такого мужества, иногда отчаянного мужества, нам давали женщины на войне, особенно санитарки. Помню такой эпизод. Мы были в заграждении, немцы от нас на расстоянии в триста метров, шла перестрелка. Между нами и врагом, чуть не посредине лежит наш раненый солдат. От нас до него метров сто пятьдесят. А как вытащить? Светло, не подползешь. И наша санитарка, Галя ее звали, стала на нас кричать: «Почему вы здесь, когда он там раненый лежит?» И полезла его спасать. Мы ее стянули в окоп за сапоги. Объяснили, что дождемся ночи. Солдата спасли.
Разное на войне было. Воевал я на Юго-Западном, Воронежском, Центральном, на 2-м и 3-м Украинских фронтах, был и на Забайкальском фронте. Два моих брата полегли в войну: старший – под Сталинградом, второй – под Ленинградом.

– Где вы встретили Победу?
– В Праге. В Праге мы были 8 мая 1945 года. Знаете, когда мы ехали, нам навстречу шли машины с немцами, румынами, венграми. Там совсем мальчишки были – 16-17 лет. И мы поднимали руки, приветствуя друг друга, потому что обе стороны знали: война закончилась. Еще не было никаких официальных актов о капитуляции, но мы знали – война закончилась. В Праге нас встречали цветами. Вы не представляете, какая была радость! Мы пробыли в Праге больше двух месяцев. Даже успели съездить на автомобиле в Австрию и посмотреть Вену. А что? Молодые были. Гулять, так гулять! Потом нас перебросили на Забайкальский фронт, и войну я закончил в Порт-Артуре, 14 августа 1945 года.

– В мирное время вы серьезно занялись филологией. Что повлияло на ваш выбор?
– Я со школы неплохо знал немецкий язык. И когда в плен попадали немцы, то их первичной обработкой занимался я. Выяснял фамилию, звание, номер части. Языки мне всегда нравились, однако когда демобилизовался (я еще год прослужил в Китае), то первым делом поехал в Москву – поступать в институт внешней торговли. Опоздал на несколько дней. Председатель приемной комиссии увидел мои ордена, и сказал: «Идите к министру внешней торговли Анастасу Микояну, он поможет».
…А я не пошел к Микояну и уехал в Ленинград.
Поступил в Первый Ленинградский государственный педагогический институт. Тогда их в Ленинграде было два. Проучился 4 года, окончил институт с красным диплом. И в этот момент поступила заявка из института имени А.И. Герцена прислать выпускника. Выпускников было трое, но после сложного тестирования выбрали именно меня. Я проработал в институте имени А.И. Герцена (уже потом он стал университетом) шестьдесят лет.
Знаю английский, немного французский, немецкий. Моя специализация – теоретическая фонетика и страноведение (Великобритания и США). Я очень долго занимался методикой изучения иностранных языков. В нашем институте была создана Лаборатория устной речи – ЛУР. Работа была очень интересная, к тому же она давала возможность ездить и по нашей стране, и по Европе, выезжать в США.
В США я впервые поехал в 1974 году. Я уже был доцентом, защитил диссертацию, читал лекции по Великобритании и США. Меня в эту поездку взяли как специалиста и как старого коммуниста. Всего нас было 22 человека. И вот с этой поездкой был связан один, весьма опасный эпизод. Нас сопровождал представитель КГБ. Мы были на южной окраине Нью-Йорка. Шли по Бродвею. Зашли в магазин. Ко мне подходит незнакомая женщина, одетая как-то по-русски. Хорошо, добротно, но как-то по-русски и спрашивает: «Вы случайно не муж Дины?» – «Да, Дина – моя жена». – «Вы навсегда приехали в Америку? Поздравляю!» – «Нет, только познакомиться со страной». И весь этот разговор слышал представитель КГБ.
Когда мы вернулись, он подошел ко мне и сказал: «Марк Маркович, прошу прощения, но вам надо написать объяснение. Кто эта женщина, откуда она вас знает и почему она решила, что вы приехали в США насовсем». Я рассказал жене, описал внешность дамы, и она узнала незнакомку: «Это же Берта, мы были в стройотряде. А тебя она запомнила, потому, что ты четыре года был ведущим телепрограммы «Английский язык для взрослых «». Так что и в этот раз обошлось.

– И в этот? То есть у вас и раньше были подобные неприятности?
– Одна моя студентка в 1968 году была в Праге и, вернувшись, стала рассказывать о том, как реагировали чехи и словаки на ввод войск не только русских, но и немецких, как проклинали их, о самосожжении чешского студента. Меня вызвали в партком и сказали: «Эту девицу вон!». Я ответил: «Нет! Она рассказала только то, что она видела, что она видела, то и рассказала». Студентка отделалась выговором.

– Фактически вы ее спасли, хотя и рисковали карьерой.
– Жить нужно по совести, а не по карьере. Я рад, что поступил тогда именно так.

– Марк Маркович, а что вас вдохновляет и дает стимул?
– Я влюблен в путешествия. Я объездил почти всю Европу, неоднократно был в Англии, объездил 20 штатов в Америке. Пять раз был в Израиле, где прошел по стопам Христа. Вифлеем, Назарет, Гефсиманский сад, Голгофа, был в пещере, куда по преданию был помещен гроб с телом Христа. Вот тут у меня вопросы. Я в чудеса воскрешения, но то, что Христос жил, то, что он был Учителем – для меня несомненно. Я христианин по сути, не по форме. Я не хожу в церковь, не целую иконы, но считаю, что Библию очень важно и нужно прочесть каждому.
Путешествия – это новый мир, новые люди. Знаете, в Техасе со мной был забавный случай. Возле мексиканской границы зашел в бар. Кроме меня там был типичный мексиканец. Сапоги. Шляпа. Усы. Долго меня разглядывал, потом, видимо, разглядывать надоело, подсел поближе. На ломаном английском языке спросил, откуда я. Я ему с гордостью ответил: Россия, Санкт-Петербург. Он оживился: в первый раз, мол, вижу русского. Выпили мы с ним. И он вдруг говорит: «Марк, я мексиканский киллер. Я убиваю людей за деньги. Но ты, Марк, очень хороший парень, поэтому я убью тебя бесплатно» – и мы расхохотались. На том и расстались.

– Вы когда-нибудь хотели уехать насовсем?
– Никогда. Здесь мой дом, мой город, мой родной университет. Здесь моя жизнь.

Антонина Петровна Яковлева
Лазарь Залманович Райнес
Поделитесь в социальных сетях и расскажите знакомым